Назад. Назад.
Нет, Пола, не оглядывайся.
Ты должна забыть, что здесь случилось.
Для этого ты едешь в Италию, к синьору Гарди.
Он был лучшим другом твоей тети, он тебе поможет.
Синьор Гарди сделает тебя такой же великой певицей.
Ты этого хочешь?
Ты должна думать о будущем, а не о прошлом.
Нет. Слушайте. Погодите, синьорина.
Это бесполезно. Пола, вы отвлекаетесь.
Вы думаете не о пении.
Раньше вы работали прекрасно. Что же с вами случилось?
Это трагическая опера. Вы способны это понять?
Вы слышали, как пела партию Люсии ваша тетя?
Берите пример с нее.
Я не могу петь, как она. Я знаю.
Синьор Гарди, мы можем поговорить серьезно?
- Очень серьезно. - Маэстро.
Без десяти час.
Если урок окончен, прошу меня извинить.
- Хорошо, синьор Антон. - Спасибо. Всего доброго.
Итак, о чем вы хотели серьезно поговорить?
Очень серьезно.
Синьор Гарди, я старалась изо всех сил, но без толку.
- У меня нет голоса. - Дело вовсе не в вашем голосе.
Вы не вкладываете в пение свою душу.
Вы с каждым разом становитесь всё радостнее и поете всё хуже.
Скажите, Пола, вы влюблены?
Да. Такого со мной еще никогда не было.
Никогда такого не случалось.
Всё стало другим.
Даже музыка, которая так много для меня значила.
Да, вы правы, я совсем не думаю о музыке, когда пою.
Я счастлива,
и не могу понять, что такое трагедия.
Простите. Я был так жесток с вами.
И несправедлив.
В вашей жизни уже была трагедия.
Очень серьезная.
Но теперь у вас есть шанс забыть о ней, дитя мое.
Освободитесь от прошлого...
и забудьте на время о пении. Счастье лучше, чем искусство.
Маэстро, после смерти тети вы были очень добры ко мне.
Вы познакомите меня с тем, кто отобрал у меня ученицу?
Да, конечно.
У вас свидание с ним.
Как только кончается урок, вы тут же летите к нему.
Он ревнует вас к музыке, к этим часам занятий?
Дорогой маэстро,
не знаю, когда мы встретимся.
Спасибо.
- Пола. Ты ему сказала? - Он сам сказал. Он не знает, кто.
- Что он сказал? - Пожелал счастья.
А ты счастлива? До сих пор сомневаешься, Пола?
Но я тебя совсем не знаю.
И я тебя не знаю, но хочу жениться.
- Ты боишься? - Да, немного.
- Меня? - Нет.
Не тебя, а счастья.
Я до сих пор не могу в это поверить.
Мне нужно время.
Время будет. Я так долго тебя ждал.
Мы знакомы всего пару недель.
Я ждал тебя всю жизнь. И могу подождать еще.
Трудно сохранять спокойствие, видя тебя каждый день, Пола.
Мне тоже нелегко.
- Я должна уехать. - Уехать?
На неделю, всего на неделю,
чтобы разобраться в себе...
- Куда поедешь? - Наверное, на озёра.
- А когда? - Завтра.
- Завтра? - Слишком рано?
Чем скорее уедешь, тем скорее вернешься.
Только не забывай, что я жду тебя каждую минуту.
Я люблю тебя.
Дорогой.
Боже милостивый. О, Господи.
- Так интересно. - Книга?
Девушка вышла замуж - и что бы думали?
- Ее муж убил шесть своих жен. - Многовато.
Да, и я только на двухсотой странице, значит,
- будут еще. Чудесная книга. - Немного кровавая.
Да. Люблю старые добрые убийства.
Мой брат называет меня Кровожадной Бесси.
- Возьмите бисквит. - Спасибо.
Диетические бисквиты. Неприятное название.
Я называю их желудочными.
Всегда езжу с ними.
- Вы не англичанка? - Нет.
Но моя тетя жила в Лондоне.
- Вы едете в Лондон? - Нет. На озеро Комо.
- Одна? - Да, одна.
- А это разумно? - Вреда не будет.
Я еду в Лондон. Весной я должна быть там.
Крокусы, нарциссы, тюльпаны...
Весной сады прекрасны.
Я каждый день здороваюсь с цветочками на Торнтон-сквер.
- Торнтон-сквер? - Я там живу. Шестнадцатый дом.
Знаете?
- Я знаю Торнтон-сквер. - У вас там знакомые?
- Были. Теперь нет. - Я их должна знать.
Я знаю всех, кто там живет.
Мы все дружим, частенько заглядываем друг к другу в гости.
- В каком доме они жили? - Я уже не помню.
Знаете, у нас там было настоящее убийство.
Да. Я слышала.
Я переехала туда только через год, к сожалению.
Десять лет назад в доме девять убили певицу Элис Алквист.
- Еще бисквит? - Нет.
Загадочное было дело. Убийцу так и не нашли.
Даже мотива не выяснили.
Я много раз пыталась туда попасть.
Это так здорово, правда? Посмотреть хочется.
Там всё, как было.
Ничего не изменилось.
- Мебель и прочее... - Кажется, подъезжаем.
Да, верно.
- Вас встречают? - Нет.
- Вы будете осторожны? - Буду.
Пока. Заходите ко мне.
Моя фамилия Твэйтс. Мисс Твэйтс. Ладно?
Я покажу вам окно комнаты, где было это убийство.
Его видно из моей гостиной.
- Ты не сердишься? - Сердиться?
Я уже хотела послать за тобой.
Посмотри, какое утро.
Не холодно? О чем ты думаешь?
- О нашей жизни. - Как ты ее видишь?
Я видела, что мы будем вместе.
В красивых местах.
Я думал о нашей жизни, как о музыке, Пола.
- Я хотел бы написать... - Что?
Пьесу, проникнутую ощущением раннего утра.
- Этого утра. - Да.
Когда встает солнце и играет твоими волосами.
Только как закончить? Надеюсь, это никогда не кончится.
- А когда начнешь? - Сразу после...
медового месяца,
когда мы поселимся в собственном доме.
- Где? - Где ты хочешь жить?
- Не знаю. Может, в Париже? - Париж?
Или Рим? Как насчет Лондона?
Лондон?
Пола, я хочу тебе кое-что сказать, только не смейся.
Не буду смеяться. Что?
Много лет назад у меня возникла одна глупая идея.
Как-то зимой я был в Лондоне.
Мне он показался...
самым холодным городом в мире для бездомного...
и самым теплым для того, у кого там есть дом.
Мне всегда хотелось жить...
в спокойном тихом домике на маленькой лондонской площади...
с женщиной, которую я люблю.
Давай поселимся в Лондоне. Не обязательно на площади...
Пола, почему ты так смотришь?
- У меня есть дом на площади. - Какой дом?
Торнтон-сквер, девять.
- Он принадлежит мне. - Тебе?
То есть... Элис Алквист.
Она была сестрой моей матери. Мама умерла, когда я родилась.
Я ничего не знаю о своих родителях.
Я жила у тети, и она заменила мне мать.
Когда это случилось, я уехала навсегда.
Иногда этот дом снится мне...
в ночных кошмарах.
Странно.
Они кончились, когда мы встретились.
Я перестала бояться.
Бояться?
Долгие годы после ее смерти...
мне было ужасно страшно.
Ты изгнал этот страх.
Если это правда, то я счастлив.
Это правда. Мне очень хорошо с тобой.
- Я могу даже осмотреть дом. - Нет, Пола,
- я не прошу об этом. - Твоя мечта станет явью.
У тебя будет дом на площади.
Доброе утро, нарциссы. Доброе утро, тюльпаны.
Привет. Перси. Так-так, милый.
Доброе... Что вы делаете?
Подключаю воду к дому.
Сюда? Зачем?
Приказ.
Наверное, в нем наконец-то появились жильцы.
Я бы тут жить не стал.
Я бы тоже не стала, но я хочу заглянуть внутрь.
- Доброе утро. - Доброе утро.
- Мы опоздали? - Нет, я буду через минуту.
Доброе утро.
Это вы. Помните меня?
В поезде в прошлом месяце.
- Бисквиты. - Да, помню.
Значит, это вы будете жить здесь?
Да. Мы...
Пола, мистер Маффин ждет.
- Простите, мне пора. - Я зайду, когда вы обживетесь.
Вот мой дом, с розовыми занавесками.
До встречи. До свидания.
Я рад, что мы соседи.
Я тоже.
Замок надо смазать.
Если буду нужен, сообщите мне. Всего доброго.
- Всего доброго. - ДО свидания.
Итак, Пола,
- это столовая? - Да.
А за ней кабинет.
- Гостиная наверху? - Да.
Идем, не стой в дверях.
Ты не зажжешь газ?
- Грегори. - Милая комната.
Да, но видеть ее такой...
Я помню вечеринки, множество цветов и свет.
Прекрасные были деньки.
Теперь здесь всё мертво.
Весь дом пропах смертью.
Вот. Мы всё здесь возродим.
Здесь были драгоценности.
Она собирала их по всему миру.
- Стекло разбито. - Его разбили той ночью.
Всё было перерыто, но ничего не пропало.
Я помню всё наперечет.
Я любила, когда она отпирала замок...
и рассказывала о них.
- Осторожно. - Эти перчатки она носила...
в "Ромео и Джульетте" на представлении в Ковент-Гарден.
Гуно на них расписался.
Я так и не узнала, где же вторая.
Спрашивала ее,
но она говорила, что подарила ее.
Одному поклоннику. Так и не сказала, кому.
Интересная женщина.
Я ее тебе покажу.
Императрица Теодора.
Ее лучшая роль.
Когда она пела в Санкт-Петербурге,
царь приходил на каждое представление.
Она красива. Похожа на тебя.
Здесь я ее нашла, прямо перед камином.
Под портретом.
Я спала, и меня что-то разбудило.
Я сбежала по лестнице.
Помню, мне было очень страшно.
Тетя была задушена.
Ее задушили. Ее лицо было...
Нет, я не могу...
Давай уберем те вещи, которые напоминают тебе о ней.
Картины, мебель. Запрем их где-нибудь подальше отсюда.
Создадим новый дом с новыми вещами...
для новой жизни.
Да, а потом опять будем устраивать приемы.
- Ты не хочешь? - Попозже. Не сейчас.
Пусть медовый месяц продлится подольше.
- Да, только... - Я знаю.
Потом.
Куда мы денем старые вещи?
Наверное, на чердак.
Там все чемоданы, все ее костюмы...
Так мы и поступим. Сложим всё, поднимем наверх,
и ты их больше не увидишь. И не вспомнишь о них.
Этот инструмент ездил с ней по всему свету.
Ужасно расстроен. Смотри, а вот ноты.
Партия Теодоры тоже здесь.
Пойдет наверх с прочим.
Нет, может, я потом снова начну заниматься.
Лучше отнесу ноты в кабинет.
- Почему ты это играешь? - А что?
Ее любимая песня.
Она всегда пела ее на бис.
Всем нравилось.
Старые письма.
"Дорогая мисс Алквист, умоляю о последней встрече.
Я приехал в Лондон".
Написано всего лишь за два дня до ее смерти.
- Где ты это нашла? - В нотах. Она его там оставила.
От какого-то Сержа Бауэра.
Дай сюда.
- Грегори, что с тобой? - Прости.
Я не хотел быть грубым.
Я просто...
Тебя расстроило письмо?
Нет, не письмо. Я волновался за тебя.
Вещи напоминают тебе о ней.
Ты говорила, что избавилась от страхов,
а теперь они начинают возвращаться.
Если ты станешь бояться, мы не будем счастливы.
Забудь о ней.
Не о ней.
О том, что случилось.
Элизабет. Эй, Элизабет.
- Добрый день, Элизабет. - Это вы, мисс.
Добрый день.
- Дом стал выглядеть очень мило. - Что, мисс?
Я говорю, дом стал красивым...
- снаружи. - Да, мисс.
Наверное, вам надоели рабочие.
Да, мисс.
Скажите, мистер и миссис Антон скоро начнут принимать гостей?
Не могу сказать, мисс. Пока гостей не было.
Хозяин говорит, что гости ее расстраивают.
Она себя неважно чувствует.
- Печально слышать. - Что, мисс?
Я говорю, что лето пойдет ей на пользу.
Да, мисс. Сегодня они идут гулять.
Впервые за всё время. До свидания, мисс.
До свидания. Какая чудная клубника.
Такие большие ягоды. Надо попробовать.
Всего доброго.
Привозите вещи и приступайте.
- Спасибо, сэр. Вещи внизу. - Тогда всё улажено.
- Шестнадцать фунтов в год. - Да, сэр. Я поняла, сэр.
И еще одно.
Постарайтесь не тревожить хозяйку по пустякам.
Будут вопросы, обращайтесь ко мне.
Да, сэр.
Меня устраивает.
Запомните это. Прежняя горничная не смогла.
И мы расстались.
И, прошу вас, не удивляйтесь,
если хозяйка покажется вам немного странной.
Элизабет, войдите.
Это Элизабет, повариха.
- Привет. - Она глуховата.
- Привет. - Элизабет, это новая горничная.
Я объяснил ей обязанности. Помогите ей.
Хорошо, сэр. Я жду внизу.
- Вот это фурия, да? - В каком смысле?
Ну, сухарь.
Я не буду спать с ней в одной комнате, сэр.
У нее дурной глаз.
Может быть, причиной был ваш наряд?
- А что с ним? - Он немного... ну, кричащий.
- Вы не вертихвостка, Люси? - Я Нэнси, сэр.
Извини, Нэнси. Так как?
- Конечно, нет, сэр. - Рад слышать.
Хозяйка очень щепетильна в отношении правил приличия.
- Правда, сэр? - Да.
И я тоже.
Пола. Это новая горничная.
- Как поживаете? - Хорошо, мэм.
- Можешь идти, Нэнси. - Хорошо, сэр.
Хорошая девушка.
Я рада. Пришлось вернуться...
- за путеводителем. - Ничего страшного.
Я счастлива. Идем, я покажу тебе Лондон.
- Знаешь, какой сегодня день? - Да.
Три месяца назад...
в церкви возле озера мы стали мужем и женой.
У меня для тебя подарок, Пола.
Грегори. Где ты нашел такую прелесть?
Она принадлежала моей матери, раньше ее матери,
а теперь тебе.
Я буду носить ее всегда.
Всегда, дорогой.
Это самый лучший подарок.
Только заколка слабовата.
- Нет. - Отдам починить.
Ты ее лучше пока не надевай.
Вдруг потеряешь. Ты ведь часто теряешь вещи.
- Я? Что-то не припомню. - Мелкие вещи.
Давай я положу ее тебе в сумочку.
Вот.
Теперь ты не забудешь.
- Конечно, не забуду. - Я шучу, дорогая.
- Смотри. Это Лондон. - Музыка.
- Добрый день. - Добрый день, мэм.
Рад видеть вас снова.
- Куда, мэм? - В Лондонский Тауэр.
Хорошо, мэм. Лондонский Тауэр.
Что с нашей хозяйкой? Разве она больна? Да?
Не знаю. Не приглядывалась.
Хозяин говорит, что больна.
Итак, леди и джентльмены, перед вами топор палача...
и плаха.
Именно в этом историческом месте были обезглавлены такие персоны,
как леди Джейн Грей и королева Кэтрин Хоуард.
Жертву ставили на колени, клали ей голову на плаху...
так, чтобы шея оказалась напротив специально сделанного углубления,
и палач, опуская топор,
мог отделить голову от туловища...
одним ударом.
Справа мы видим знаменитый...
пыточный инструмент. Желая получить признание,
палач вздергивал человека на дыбу и ждал,
пока кости несчастного выскочат из суставов.
Вот ты где. Я уже стал волноваться.
Всё было так близко. Пойдем на солнце.
- Пойдем смотреть камеру пыток? - Она должна быть там.
Дядя Брайан, в чем дело? Ты словно призрак увидел.
- Именно об этом я и подумал. - Призраков не бывает.
Мне показалось, что я увидел человека, который умер.
Кто это? Кажется, он меня знает.
Ты здороваешься с незнакомцами?
Я его где-то встречала.
- Ты говоришь правду? - Зачем мне врать?
- Я не знаю, кто это. - Ты ему улыбнулась. Почему?
Я об этом не думала.
Как и о прочем.
- О чем, например? - Ни о чем.
Только я заметил, Пола,
- что ты стала забывчивой. - Забывчивой?
Да. Ты теряешь вещи...
Не смотри так, Пола, это ерунда.
- Ты устала. - Наверное, ты прав. Я устала.
- Пойдем домой. - Надо посмотреть драгоценности.
- Они в этом здании. - Откуда ты знаешь?
Что?
Откуда ты знаешь? Ты здесь не был.
Об этом говорил гид.
К твоей рассеянности добавилась подозрительность?
Конечно, нет, Грегори.
Кохинор, Гора света.
Самый знаменитый бриллиант в мире.
"Имперская драгоценность"...
- Корона. - Я вижу.
"Сделан для короны королевы Виктории.
Среди камней короны - рубин Черный принц...
величиной с куриное яйцо,
сапфир Стюарта, который Яков Второй взял с собой...
во время бегства во Францию,
вместе с бриллиантами и жемчугом из серег королевы Елизаветы".
Драгоценности - это чудо.
У них своя жизнь.
Грегори, давай пойдем домой.
Конечно, дорогая. Пойдем.
Комната хозяйки. Это хозяина.
Вот и всё. Ты принесла простыни?
Кажется, их было больше.
- А что там? - Это не твое дело.
- Всё обшито досками. - Зачем?
Так приказал хозяин.
Ты права.
Летом Лондон - прекраснейший город.
Извини, что я заставила тебя вернуться.
Ты должна прилечь и немного отдохнуть.
- Да. - Хочешь, я останусь с тобой?
Тебе нужно работать.
Ты ведь снял комнату.
Я хочу посмотреть, насколько она удобная.
Я ничего не замечаю, когда работаю, Пола.
Пола. Дай мне брошь, я отнесу ее в починку.
В чем дело? Что-то не так?
Нет... Я... Я не могу ее найти.
Что?
Она пропала в Тауэре.
Надо всё проверить.
Она здесь. Ничего не понимаю.
Я не могла ее потерять. Она здесь.
Конечно, здесь.
Ее нет.
Я же говорил. Как ты могла ее потерять?
Наверное, случайно вытащила.
- Мне так жаль. Прости меня. - Моя дорогая,
это сущие пустяки. Ничего ценного.
Это брошь твоей матери. Я хотела носить ее всегда.
Не помню, чтобы я открывала сумочку.
Ты ведь клал брошь сюда?
Неужели ты не помнишь?
Да. Конечно, помню.
Но я перестаю доверять своей памяти.
Пола. Ты просто устала, вот и всё.
Это ничего не значит. Я в этом уверен.
Не волнуйся, Пола. Не бойся.
- Нэнси, хозяин ушел? - Да, мэм, ушел.
Посмотри, хватит ли угля в камине.
Вы мне уже говорили.
Нэнси, это ты уменьшила газ?
Уменьшила? Нет, а что?
Кажется, стало темнее.
- Я его не трогала. - Но света меньше.
Может, Элизабет зажгла горелку.
Не может быть. Она спит.
Я слышала храп.
Странно.
- Спокойной ночи. - Спокойной ночи.
- Да, это здесь. - Простите?
Это здесь. Дом Алквист.
Это было в гостиной наверху. Вон то окно, видите?
Я живу через площадь. Твэйтс. Мисс Твэйтс.
- Добрый день. - Добрый день.
Давно здесь появились жильцы?
Четыре-пять месяцев назад. Сюда.
А вы не знаете, кто там живет?
Знаю. Иностранная пара. Семья Антон. Очень таинственная.
- Таинственная? - Не принимают гостей,
не выходят. По крайней мере, она.
Вы ошибаетесь.
Сейчас многое изменилось. Идите, голуби. Идите.
Что вы сказали?
Мне кажется, что вы ошиблись.
Какая неожиданность.
Это вы, мэм? Разве вы уходите?
Кажется, будет дождь.
- Пожалуй, я возьму зонтик. - Конечно, мэм.
Боюсь, хозяин спросит, куда вы ушли.
- Скажи, что на прогулку. - Одна, мэм?
- Конечно. А что? - Он спросит, куда именно.
Скажи... Я просто...
Теперь понятно? Выходит, поворачивается, уходит.
Очень странно.
И прислуга странная. Горничная - просто нахалка.
Задирает нос, хотя будь на мне брюки,
сразу стала бы полюбезнее.
А как она себя ведет с этим полисменом.
Это же скандал.
Ну, на сегодня всё. Летите, голуби. До завтра.
Ну и ну.
Газеты. Спасибо, сэр.
Экстренный выпуск. Специальное издание. Читайте.
Прошу. Газеты. Газету? Хорошо, сэр. Экстренный выпуск.
Положите досье на место. Это дело давно закрыто.
Я не собираюсь его раскапывать.
Понятно? Вы не имеете права.
- И Бадж не имеет права. - Но мистер Кэймерон -
- ваш помощник. - Он должен помогать мне,
а не копаться в делах десятилетней давности.
- Всё, Бадж, идите. - Есть, генерал.
Зачем вам это дело?
В свое время...
оно наделало довольно много шума.
И потом...
Я знал Элис Алквист. Когда мне было двенадцать,
я слышал ее в опере,
а потом встретился с ней.
Знаете, я до сих пор считаю, что она была...
самой прекрасной женщиной на свете.
- А сейчас... - Вы увидели похожую женщину.
- В том же доме. - Ну и что?
Она ее племянница.
Если хотите встретиться с красивой женщиной,
не надо прикрываться расследованием, ясно?
Понимаю, сэр.
Но у меня такое ощущение, что там происходит что-то странное.
Более чем странное.
Слушайте, Брайан, это дело безнадежное.
Поиски драгоценностей мы прекратили по приказу...
очень важной персоны.
Драгоценности?
Я об этом не знаю.
Ну... Были драгоценности.
Ей подарил их один важный человек.
Драгоценности короны...
- Словом, из другой страны. - Что с ними стало?
- Они исчезли. - Вот почему ее убили.
Это официальная версия.
Хотя непонятно, зачем убийце драгоценности.
Они слишком известны, их нельзя продать.
- Они так и не всплыли? - Нет.
Тогда где же они?
Не знаю. Как видите, в расследовании убийства...
мы сделали всё, что могли. Ни одно дело так не копали.
Было несколько подозреваемых.
Вы наверняка прочли их имена.
Но не было никаких улик, никаких.
А теперь идите, я занят.
Хорошо, сэр.
Всего доброго.
- Мистер Кэймерон. - Уильямс.
- Что-нибудь нужно? - Да.
Вы ведь не женаты, верно?
Да, сэр.
- Где дежурите? - В Ист-Энд, сэр.
Хотите в более приличное место?
- Я не против. - Попробуем это устроить.
Но ничего никому не говорите.
Если хочешь добавить огня, можно позвонить горничной.
Я не хотела тебя будить. Спи, дорогой.
Нет, Пола.
Я уже проснулся. Давай сделаем всё, как надо.
- Позвони горничной. - Я сама сделаю.
Мы это уже обсуждали.
Будь добра, дерни шнур.
Это ни к чему.
А для чего же тогда слуги?
Ответь. Как по-твоему, для чего нужны слуги?
Чтобы работать. Служить нам, видимо.
Именно.
Но мы должны уважать их.
Грегори. Не будем ссориться.
Я с тобой не ссорюсь.
Есть много вещей...
- Звонили, сэр? - Нет, звонила хозяйка.
Скажи Нэнси, зачем ты звонила?
- Подбросьте угля в камин. - Хорошо, мадам.
Ты сегодня просто очаровательна.
Вовсе нет, сэр, что вы.
- У тебя свидание? - Верно.
И с кем на этот раз? Можешь включить газ, Нэнси.
Я видел нового полисмена на посту.
Он тоже попадет в твой список разбитых сердец?
- Я ничего не разбила. - Это неправда.
И этот румянец...
Конечно, это неправда.
Ловко ты это проделываешь.
Собственно, я хотел сказать,
что ты можешь поделиться секретом с хозяйкой,
чтобы она не была такой бледной.
Я с радостью сделаю всё, что нужно, сэр.
- Еще что-нибудь? - Да. Чай, если готов.
Хорошо, сэр.
Как ты можешь так говорить с Нэнси?
Зря ты рассматриваешь слуг, как равных нам людей.
Я говорил с ней, как со служанкой. Чуть пошутил.
Она меня презирает, а ты ее поддерживаешь.
Презирает? Почему ты так решила?
Это видно.
Я вижу, как она смотрит, как говорит.
Смотрит?
Пола. Надеюсь, ты ничего не придумываешь.
- Ответь мне, Пола? - Конечно, нет.
Но если ты опять начнешь говорить о том, как Нэнси на тебя смотрит...
Не отворачивайся. Надо разобраться.
Ты правда думаешь, что Нэнси тебя презирает?
Ответь, Пола. Правда?
Нет, Грегори.
Я очень рад. Меня расстраивают твои фантазии.
Войдите.
Что еще?
Простите, сэр. Там внизу мисс Твэйтс.
Спрашивает, дома ли хозяйка.
Эта старая заноза с площади?
Да, сэр, и с ней племянник.
Не хочется мне с ними встречаться.
- Скажи, что хозяйки нет дома. - Грегори, но она...
Если ее пустить, она станет приходить постоянно.
Она часто приходит, а нас нет дома.
Не хочу, чтобы она тут слонялась.
И водила родственников.
Скажи мисс Твэйтс,
что хозяйка извиняется. Она себя плохо чувствует.
Хорошо, сэр.
Зачем всё это? Я хотела повидаться с ней.
Я думал, что тебе неловко отказывать.
Надо было сказать, что ты хочешь ее повидать.
Я не могла перед горничной.
Пора избавиться от страха перед служанками.
Если ты хотела ее повидать, надо было просто сказать!
"Впусти ее, Нэнси". Верно?
- Да, но... - Простите, мисс, я не знаю.
Хозяйка никого не принимает.
Скажите, что нам очень жаль.
Пойдем, тетя.
У тебя нет на нее времени.
Тебе надо одеться, сделать прическу...
Зачем?
Мы идем в оперу.
Правда? Ты не говорил.
Или я забыла?
Очаровательно. Это из новой оперетты в Гэйети.
Хотел бы я писать, как писал Штраус.
Пола, глупышка, не смотри так.
Разумеется, ты ничего не забыла.
Это мой сюрприз. Сегодня мы идем в театр.
Это чудесно.
- А ты думала, я жесток с тобой. - Ты не жесток.
Не пускаю к тебе гостей, держу тебя взаперти.
Ты самый добрый человек в мире.
Извини. Извини.
Грегори. Я счастлива.
Грегори. В чем дело?
Пола, не хочу тебя расстраивать.
Если ты прячешь вещи, сделаем вид, что так и было.
Что? Что случилось?
Не отворачивайся. В чем дело?
А ты не знаешь?
Нет.
Смотри.
Да.
Здесь была маленькая картина.
Кто ее снял?
- Зачем ее убрали? - И правда?
Зачем же ее отсюда сняли?
Достань ее оттуда, куда спрятала, и повесь на место.
Я ее не прятала. Клянусь. Зачем это мне? Зачем?
Не смотри так.
Это сделал кто-то другой.
Нет, не звони.
- Мне стыдно перед слугами. - Не впадай в истерику.
Сядь и успокойся, пока их тут нет.
Надо разобраться с этим.
Входите, Элизабет.
Элизабет, из комнаты ничего не пропало?
Пропало, сэр?
Нет. Кажется, нет.
Посмотрите на стены. Ну?
- Тут была картина, сэр. - Именно.
- Это вы ее сняли? - Нет.
Вы когда-нибудь снимали отсюда картины?
- Нет, сэр. Зачем? - Действительно.
Элизабет. Вы ходите в церковь?
- Куда? - В церковь.
- Да, сэр. - Поцелуйте Библию...
и поклянитесь, что вы говорите правду.
Спасибо, Элизабет. Идите. И позовите сюда Нэнси.
- Нэнси. - Да, сэр.
Грегори, нет, не надо.
Я скажу, что хочешь. Скажу, что это я.
Пожалуйста, держи себя в руках.
Не надо усложнять, будет лишь хуже.
Пола. Вернись.
Если подозрение пало на служанок,
они должны оправдаться.
Садись. Ты слышала?
Садись.
Входи, Нэнси.
Нэнси, с этой стены пропала маленькая картина.
Ну, вот. Еще одна странность.
Я не просил тебя это комментировать.
Я хочу знать! это ты ее сняла?
Конечно, нет. Зачем мне это нужно?
Попросить ее поцеловать Библию, или ты веришь ей на слово?
- Верю. Отпусти ее. - Хорошо. Иди, Нэнси.
Дай мне Библию.
Вот. Клянусь, что я не снимала эту картину.
Давай ее поищем.
Ты всё время знала, где она.
Нет. Не знала.
Я заглянула сюда, потому что раньше ее тут уже находили.
Я не знала, Грегори.
Не знала.
Лучше иди в свою комнату.
Мы не пойдем в театр?
Боюсь, что ты не в состоянии идти в театр.
Пойдем.
- Если я сняла эту картину... - Если?
Если я ее сняла...
Если я совершаю эти бессмысленные поступки...
Это же глупо. Зачем мне ее снимать?
- Значит, я не знаю, что делаю. - Верно, Пола.
- И это меня тревожит. - Если это правда,
то, прошу тебя, будь со мной помягче.
Будь терпелив, Грегори.
Прошу, Грегори, прошу.
Перестань, Пола.
- Иди в свою комнату. - Что ты будешь делать?
Я постараюсь забыть об этом.
Нет. Прошу, не оставляй меня одну.
Ты уходишь каждый вечер, а мне так страшно одной.
Страшно? Ты об этом не говорила.
Говорю сейчас. Мне страшно.
Я слышу звуки, шаги...
Мне кажется, что в доме какие-то люди.
Я сама себя боюсь. Грегори, прошу тебя.
Не оставляй меня. Грегори, обними меня.
Пожалуйста, Грегори, обними меня, прошу.
Надеюсь, утром тебе станет лучше.
Кажется, ей стало хуже, сэр?
Нэнси, потрудись не называть хозяйку "она".
Спасибо, Нэнси.
Опять будете работать над пьесой?
- Вы всё время работаете. - Да.
А что ты делаешь вечером?
Я иду в мюзик-холл.
- Я не был в английском мюзик-холле. - Вы много потеряли, сэр.
- Вам бы понравилось. - Надо посмотреть.
А с кем ты пойдешь?
С одним другом, сэр.
Надеюсь, тебе известно,
что эти друзья иногда позволяют себе...
- вольности с юными леди? - Нет, сэр, только не со мной.
Я могу за себя постоять, когда это необходимо.
По-моему, ты не та девушка, которая нужна хозяйке...
- в качестве горничной. - Разве, сэр?
Но ведь она не одна дома, верно?
Пусть гости усаживаются.
Концерт скоро начнется.
Те, кто не любит музыку, могут пойти покурить.
- Можно? - Брайан.
Добрый вечер.
Добрый вечер, леди. Привет, сэр.
- Привет, мой мальчик. - Я не слишком рано?
Позвольте спросить. Рядом с кем я буду сидеть?
Я посажу вас с Лорой Притчард.
Она мне не нравится. У нее такой насморк.
Чепуха. Она милая девушка, будь с ней поласковей.
Ты же знаешь, что Милдред - настоящая сводница.
В другой раз я буду ласков с Лорой,
но сегодня посадите меня рядом с миссис Антон. Идет?
- Какой ты зануда. Ладно. - Кто эта миссис Антон?
Племянница Элис Алквист. Она бывала у нас в детстве.
Брайан сказал, что она вернулась в Лондон,
и я решила ее пригласить. Кстати, кто ее муж?
Чем занимается? Откуда он?
Посадите меня с ней, и я вам всё расскажу.
Прости, Брайан, но тебе придется сидеть с Лорой.
- Они не придут? - Нет.
- Письмо от нее? - От него.
- От него? - Да, она больна.
Неприятно. Прочти, если хочешь.
Мне надо идти к гостям. Пойдем, Фредди.
Это ты, Пола?
Да.
Почему ты так одета?
Сегодня прием у леди Дэлрой.
Но я послал отказ.
Я знаю.
Я сообщил, что ты себя плохо чувствуешь.
Нет. Я хочу пойти.
Леди Дэлрой была добра ко мне.
Я пойду.
Мне надо выходить, встречаться с людьми,
гулять.
Я пойду на прием, Грегори.
Боюсь, что тебе придется идти одной.
Значит, я пойду одна.
Пола. Пола, я не знал, что это для тебя так важно.
Погоди, я переоденусь.
Ты думала, что я отпущу тебя одну?
- Я не знаю... - Одну минуту.
Войдите.
Ну и ну. Вы звонили, мэм?
- Да. Вызови кэб. - Но я думала...
Вызови кэб, Нэнси.
- Хозяин тоже идет? - Да, идет.
- Побыстрее. - Хорошо, мэм.
Эй, кэб.
Вам нужен кэб на вечер?
Да, я еду на обед в Букингемский дворец.
- Будет чудесный вечер. - Что с тобой, Нэнси?
То идут на прием, то не идут... Рушат мои планы.
От хозяина никакого толку.
Иди. Они сейчас выйдут.
- До встречи? - Возможно.
- На старом месте? - На старом месте.
- Пока. - Пока.
Дорогая, накинь плащ. К леди Дэлрой, поскорей.
- Пока, Нэнси. - Приятного вечера.
Вы Пола Антон. Вряд ли вы меня помните.
Помню, леди Дэлрой.
Я была здесь на детском празднике.
- Позвольте представить моего мужа. - Здравствуйте.
Надеюсь, вы нас простите.
Жена почувствовала себя лучше, и мы решили все-таки прийти.
Разумеется. Выбирайте места.
Сератски еще не начал. Потом будем ужинать.
- Куда ты смотришь? - Никуда.
Показалось, что увидел знакомого.
Пола. Мои часы исчезли.
- Я их не брала, клянусь... - Тише.
Пола, держи себя в руках.
- На нас смотрят. - Нет.
Идем.
Прошу прощения, но жене опять стало хуже.
- Вызвать врача? - Я отвезу ее домой.
Я не хотел приходить, но она настаивала.
Простите.
По-моему, они...
Я старался, чтобы слухи не просочились за стены дома.
Теперь об этом знает весь Лондон.
Не могу понять, что творится у тебя в голове,
что заставляет тебя делать эти глупости.
Хочешь сказать, что я спятила?
- Хочу разубедить себя в этом. - Ты об этом думаешь.
Ты намекаешь на это уже давно, с тех пор...
- С каких? - Когда я потеряла брошь.
Тогда всё началось.
Нет, нет, началось раньше.
Когда я нашла то письмо.
- Какое письмо? - Я нашла его в нотах.
От человека по имени Бауэр.
Серж Бауэр. Да, я помню.
Да, ты права, тогда всё началось.
Я помню, как ты стояла здесь, говорила...
"посмотри на письмо" и пялилась в пустоту.
- Что? - Письма не было.
Что?
Я сомневался... Но тогда я не знал,
в чем причина.
- Не понимаю. Какая причина? - Я не знал о твоей матери.
А при чем тут она?
Она была сумасшедшей.
Умерла в лечебнице, когда тебе был год.
Неправда.
Я навел справки о сестре Элис Алквист.
Я говорил с ее врачом.
- Хочешь знать? - Нет.
Он описал симптомы. Хочешь послушать?
Она начала придумывать события, слышать шаги, разные голоса,
а потом голоса стали говорить с ней.
Она умерла в полном безумии.
Нет. Хватит. Нет.
Теперь тебе ясно, что происходит с тобой и со мной.
Почему я не разрешаю тебе встречаться с людьми.
Наверное, он расстроился, не успев побеседовать с тобой.
Кто?
Тот, кто сидел позади нас.
- Когда? - Сегодня.
Ты ведь знала, что он будет там.
Кто, Грегори, кто?
Тот, кто раскланялся с тобой возле Тауэра. Кто он, Пола?
Человек из прошлого? Отвергнутый поклонник?
Я его не знаю. Ничего не знаю.
Кто он? Почему следит за мной?
Я не знаю, кто он.
- Ты лжешь. Почему ты лжешь? - Я не лгу.
Прости. Не надо было тебе всё это говорить.
Я знаю, что ты не лжешь. Я тебе верю.
Ты не лжешь. Это хуже, чем ложь.
Ты забыла. Забыла о нем, как и обо всём прочем.
Наверное, мне не следует решать самому.
Для таких случаев есть специалисты.
Пола. У нас будут гости. Очень скоро.
- Врач? - Двое.
Двух будет достаточно.
Да?
Это вы, констебль.
Добрый вечер.
- Ненастная ночь. - И не говорите, сэр.
Куда он делся?
По аллее не проходил.
Он повернул сюда. Может, мы проглядели.
Я бы услышал его шаги.
Он зашел в один из этих домов.
В какой? И зачем?
Вообще-то он мог вернуться к себе.
- Законом это не запрещено. - Но это против здравого смысла.
Зачем выходить из дома...
и, сделав круг, возвращаться обратно?
Но вход для слуг в девятый дом тоже здесь.
Сзади в него входа нет.
- Куда же он пошел? - Пятый дом пустует.
Но зачем ему забираться в пустой дом?
Не знаю, Уильямс. Не знаю.
- Элизабет. Элизабет. - Иду, мэм.
В чем дело, мэм?
- Помогите мне. Я устала. - Да, мэм.
Элизабет. Вы включили газ?
Это вы включили газ внизу?
Нет, мэм. У меня газ включен только на кухне.
Я думала, здесь стало темнее,
потому что его включили в другой части дома.
Но в доме только вы и я. Нэнси еще нет.
А газ ведь идет по трубам.
Наверное, иногда в трубах больше газа,
а иногда меньше. Вот и всё.
Да. Наверное, вы правы, Элизабет.
- Да. Вы слышите? - Что, мэм?
- Наверху. Слушайте. - Что слушать?
Эти звуки. Там кто-то ходит.
Нет, мэм.
Какой-то шум. Словно что-то двигают.
- Слышите, Элизабет? - Не слышу никакого шума.
Откуда? Верхний этаж закрыт.
Вы же сами знаете. Никто не может туда попасть.
Вам просто кажется, мэм.
И вот сюда.
Уильямс, входите. Вы сегодня рано.
- Садитесь, будьте как дома. - Спасибо, сэр.
Итак? Ну?
Сэр, не знаю, что это значит, но сегодня около трех часов утра...
я стоял на углу Торнтон-сквер...
и неожиданно снова увидел нашего друга.
- Он появился... - Да?
Я смог хорошо рассмотреть его под фонарем.
Он побывал в какой-то переделке.
В какой?
Точно я сказать не могу,
но он был весь в грязи.
Одежда измята, галстук сбит. Пыль была даже на лице.
- Он дрался? - Не похоже, сэр.
Скорее, ползал по каким-нибудь подвалам.
Берите кофе.
Спасибо, сэр, я уже завтракал.
На кухне дома номер девять, если честно.
Нэнси что-нибудь рассказывала вам?
Нэнси неправильно понимает положение.
Хозяин сказал ей,
что хозяйке нужно надолго уехать,
а Нэнси должна остаться с ним.
Он сказал, что хозяйка уедет?
Да, сэр.
- И надолго? - Да, сэр.
Что это может означать?
Судя по тому, что вы сообщили,
это может означать множество неприятных вещей.
- Нужно пробраться в дом. - Когда он там?
- Нет. Он уходит каждый вечер? - Верно.
После обеда.
Он приказал Нэнси никого не пускать.
Тогда ваша задача - выманить Нэнси из дома.
- Это я устрою, сэр. - Я так и думал.
А если сама хозяйка...
не захочет вас видеть?
Не знаю...
Да.
Выход есть.
"Люди, которые каждый вечер ищут развлечений,
едва ли могут"...
Твоя мать была сумасшедшей.
"Люди, которые каждый вечер ищут развлечений,
едва ли могут оценить...
очарование оперы или концерта"...
Она умерла в полном безумии.
"...уют закрытого экипажа,
прелесть утонченной беседы,
вид звезд, мерцающих сквозь ветви деревьев"...
Простите, сэр, хозяйка не принимает.
Разве она не сказала? Вы ведь Элизабет?
- Откуда вы знаете? - Я много знаю об этом доме.
Вы любите хозяйку? Хотите ей помочь, правда?
У вас есть возможность. Проводите меня к ней.
Нет. Не могу, сэр, я потеряю место...
Правда, не могу.
- Моего мужа нет дома. - Я знаю, миссис Антон.
Я пришел к вам.
Уходите, я не принимаю.
Элизабет, не пускайте его, пусть он уходит отсюда.
Миссис Антон, меня зовут Брайан Кэймерон.
Вы не должны входить.
Я должен отдать это. Посмотрите сюда.
Ее дала мне Элис Алквист очень много лет назад.
Я всегда восхищался ею.
Теперь вы мне верите?
Вы...
Она дала ее вам.
Она столько лет скрывала...
своего таинственного поклонника. Мальчика.
Скажите, миссис Антон,
вы собираетесь уехать?
Уехать? Мне некуда ехать.
Разве что муж меня выгонит.
Вы за этим пришли? Забрать меня? Да?
Вы этого боитесь?
Простите. Я давно ни с кем не говорила...
И с вами мне нельзя говорить.
Я... Я боюсь...
Боитесь, что сойдете с ума.
Я пришел доказать, что вы здоровы.
Для этого вы должны ответить на мои вопросы.
Где сейчас ваш муж?
Куда он ушел?
Он снимает студию, работает над пьесой.
Он не может работать дома. Ему нужна полная тишина.
Кроме вас и Элизабет в доме кто-нибудь есть?
- Нет. А что? - Газ стал меньше.
- Вы тоже заметили? - Конечно.
Это правда. Я думала, мне кажется.
Его включили в другом месте.
Я и об этом думала, но нигде больше газ не включали,
ни в один вечер.
Наконец-то я об этом сказала. Каждый раз, когда муж уходит...
Газ уменьшается.
- Да. - А потом?
Потом я слышу звуки.
Я смотрю и жду.
- Позже света становится больше. - И приходит муж.
Да. Почти сразу.
Всегда очень скоро.
Вы слышите звуки. Какие?
Шум над моей комнатой.
- А что там? - Только старые вещи и мебель.
- Эти звуки? - Да, да.
Кто это?
Миссис Антон, вы сами знаете.
- Знаете, кто это. - Нет. Нет.
- Вы уверены? - Нет.
- Как он это делает? - За домами есть аллея.
Он входит в дом номер пять - он пустует-
и забирается на крышу.
Зачем? Зачем?
- Вы сказали, там старая мебель? - Моей тети.
Одежда, костюмы, сундуки, все вещи.
Все ее вещи?
И они закрывают дело.
В доме есть оружие?
- У него есть револьвер. А что? - Где он его держит?
По-моему, у себя в столе.
Нет. Нельзя открывать стол.
Вы не имеете права. Кто бы вы ни были.
Он подумает на меня. Что я ему скажу?
Ничего не скажете.
Я успел вовремя.
Я была права.
Вот это письмо.
Оно от Сержа Бауэра.
- От кого? - От Сержа Бауэра.
Я нашла его. Муж сказал, что я это придумала, но оно здесь.
- Бауэр. - Оно здесь.
Серж Бауэр был связан с Элис Алквист.
Это был пианист, который аккомпанировал ей в Праге. Можно?
"Дорогая мисс Алквист, умоляю о встрече.
Я в Лондоне".
Смотрите.
"Дорогая леди Дэлрой"... Это почерк моего мужа.
Вот так-то.
Ваш муж и Серж Бауэр - это одно и то же лицо.
И он написал письмо Элис за два дня до ее смерти.
Он говорил, что я выдумала это письмо.
Вас медленно и систематически сводили с ума.
Зачем?
Вы узнали слишком много.
А может, он решил прибрать к рукам этот дом...
и искать открыто, а не шарить в темноте.
Что он мог тут искать?
То, из-за чего убили Элис Алквист. Ее драгоценности.
Они у меня.
Есть другие, о которых вы не знали. Знаменитые.
Именно их он искал в ту ночь,
когда услышал, как кто-то спускается по лестнице.
Тот, кого он не ждал.
Девочка.
Я.
Значит, он был здесь. Но нет, ведь он...
Он не знал тетю.
Нет. Вы не правы. Вы ошибаетесь.
Я его знаю. Он мой муж.
Мы живем в одном доме.
Вы говорите о моем муже.
Миссис Антон, я изучил все детали дела Алквист,
и я хотел бы ошибиться,
но у Сержа Бауэра в Праге есть жена.
Теперь вы видите, что он всё спланировал заранее,
шаг за шагом.
Значит, с самого начала между нами ничего не было.
Ничего с самого начала...
Простите, что разрушил ваши иллюзии.
- Нет. - Вы должны мне верить.
От этого зависит ваша жизнь.
Ни больше, ни меньше.
Вы же видите, всё сходится.
Газ.
Давно он стал ярче?
Элизабет, что бы ни случилось, думайте о хозяйке, прошу вас.
Хорошо, сэр.
Что сказать хозяину, когда он придет?
Он больше не придет.
- Что ты делаешь? - Ложусь спать.
Одетой?
- Ты меня слышала? - Да.
Почему не отвечаешь?
- Не знаю. - Ты не знаешь.
Ты вообще хоть что-нибудь знаешь?
Будь добра, пройди в мою комнату.
Садись в кресло.
Знаешь, кого ты мне напомнила, когда шла сюда?
Ты видела, как ходят во сне?
Но ты не спишь. Нет, ты меня не обманешь.
Ты не спала, иначе как бы ты открыла стол?
Теперь ответь мне.
Зачем ты открыла стол?
Я его не открывала.
- Нэнси? - Нэнси нет.
- А кто? Элизабет? - Не Элизабет.
Не спрашивай ни о чем.
Нет. Останься, Пола.
- Зачем ты открыла стол? - Я его не открывала.
Он его открыл.
О чем ты говоришь?
Кто он?
Мужчина.
Он приходил ко мне.
- Когда? - Когда тебя не было.
- Кто пустил? - Элизабет.
- Да, сэр?
Какой мужчина приходил сюда?
Мужчина, сэр?
Вы должны были слышать звонок.
Никто сюда не приходил.
Но, Элизабет...
Вы его видели.
Вы сами открыли ему дверь.
Элизабет, скажите.
Нет, мэм. Я никого не видела.
Но он был здесь, я знаю.
Я знаю.
Он был здесь, я знаю.
Я видела. Видела.
Вам всё ясно, Элизабет?
Да, сэр. Теперь мне всё ясно.
Я это не выдумала.
Нет, я не могла это выдумать. Не могла.
Или выдумала? Выдумала? Выдумала...
Да, Пола, ты всё время выдумываешь.
- Я всё выдумала? - Всё.
- Всё, что было? - Всё, чего не было.
Тогда ты прав.
- Я сошла с ума. - Я же говорил.
- Это был сон. - Как и прочее.
Увези меня. Я устала.
Это был сон. Увези меня.
Может быть, этим сном был я, миссис Антон?
Вы?
Может быть, я помогу вам вспомнить?
Кто вы такой?
Всего лишь плод воображения вашей жены.
- Как вы попали в дом? - Через крышу, как и вы.
И спустился по лестнице.
Что вам здесь нужно?
Миссис Антон, вам лучше пойти спать. Вы устали.
Что вы здесь делаете?
Существуя лишь в воображении вашей жены,
я ничего не обязан вам объяснять, сэр.
Пола, иди в свою комнату.
Значит, вы их нашли.
Я был прав.
Едва увидев вас, я понял, что вы опасны.
А я сразу понял, что вы опасны для нее.
Мне надо было довериться интуиции, как доверились вы.
Я уж думал, что Элис воскресла.
Я не знал, что ее пригласил Серж Бауэр.
- А ваше имя? - Кэймерон. Адрес нужен?
- Я могу его угадать. - Итак, мы оба закончили поиски.
Вот где она их прятала.
Их видел весь мир, но никто не знал, где они,
кроме человека в королевской ложе.
Ловко придумано! спрятать бесценные камни среди мишуры.
- Что вы хотите? - Камни и справедливость.
Печально. Пойти на убийство, чтобы добиться своей цели...
- И всё напрасно. - Напрасно?
- Элизабет. Элизабет. - Что, мэм? Я слышала выстрел.
На помощь. Мистер Уильямс.
Наверх.
Есть кто-нибудь дома?
Ну, миссис Антон, теперь вы верите?
Посмотрите на эти камни.
Они стоили жизни вашей тете.
- Я хочу поговорить с мужем. - Миссис Антон, это неразумно.
- Поговорить наедине. - Это невозможно.
- Я не опасен. - Прошу вас.
Ладно. Я жду на лестнице.
Он не подслушивает?
- Не подслушивает. - Ты ему поверила.
- Много он успел наговорить? - Да.
- Это ложь. - Зачем ему врать?
Он влюблен в тебя. Точно. Я чувствую.
Правда? Правда, Грегори? Или, может быть, Серж?
И об этом сказал. Ну и что?
Многие артисты берут сценические псевдонимы.
Я тоже взял. Об этой стороне своей жизни я не рассказывал.
- Разве за это вешают? - Нет, за это не вешают.
Пола. Ты помнишь, как всё было? Помнишь Италию?
Иногда мне кажется, что я выдумала эти дни.
Подойди ближе.
Ближе.
Посмотри мне в глаза.
Если я для тебя хоть что-нибудь значу,
помоги мне, Пола. Дай мне шанс.
Там, в ящике бюро лежит нож.
Освободи меня.
Быстрей, Пола. Возьми нож. Освободи меня.
Ты это сделаешь? Сделаешь?
Да, сделаю. Сделаю.
Быстрей, Пола.
- Здесь нет ножа. - Есть.
- Я не вижу. - Я положил его.
Тебе приснилось, что ты его положил.
Тебе кажется, что я держу в руке нож?
Ты сошел с ума, муж мой?
Или это я сошла с ума? Да, конечно. Конечно.
Я спятила.
Я всегда теряю вещи, не могу их найти,
не помню, куда я их положила.
Это был нож? Я его потеряла.
- Пола. - Надо его найти.
Иначе ты отправишь меня в сумасшедший дом, верно?
Где же он может быть? Наверное, за картиной.
Да, точно. Нет. Где еще посмотреть?
Может, я положила его сюда? Да, наверное, он здесь.
Моя брошь. Я потеряла ее в Тауэре.
И вот нашла. Но это ни к чему.
Я должна помочь тебе сбежать. Как сумасшедшая поможет тебе...
- бежать? - Ты не спятила.
Спятила, как моя мать.
Нет, Пола. Неправда. Помоги.
Если бы я не спятила, то помогла бы тебе.
Я могла бы немного пожалеть тебя.
Но я спятила, и я ненавижу тебя.
Я спятила и презираю тебя.
Я спятила, и в моем сердце не осталось ни капли жалости,
ни капли сострадания, ничего не осталось.
Мистер Кэймерон. Прошу, мистер Кэймерон.
Уведите его.
- Готовы? - Вполне готов.
Я не прошу понять меня.
Между нами были эти камни. Пламя.
Пламя в моем мозгу, которое разлучило нас.
Я мечтал о них всю жизнь.
Не знаю, почему.
Я вызвал кэб.
Прощай, Пола.
Прощай, Грегори.
Это была долгая ночь.
Она закончилась. Уже светает.
Когда выходит солнце,
трудно поверить, что недавно была ночь.
Вы это увидите.
Позвольте мне зайти и поговорить с вами.
- Я хотел бы помочь вам. - Вы очень добры.
Ну и ну.